Библейский сюжет

В 1917 году, под видом корреспондента "Дейли телеграф", Сомерсет Моэм прибыл в Петроград с секретным заданием британской разведки. Его задача — убедить Временное правительство не выходить из войны и не дать большевикам захватить власть. Задание он, очевидно, провалил, но, благодаря этому знакомству с Россией, написал роман "Рождественские каникулы", главной героиней которой стала русская женщина.

В среду, 26 июня 1957 года, рассказывает Дмитрий Сергеевич, они с супругой гуляли по Зеленогорску и прошли как раз мимо тех дач, в одной из которых ранней весной 1941 года они собирались снять на лето комнату. Собирались, но не сняли... "Мы с мамой и спросили друг друга: "А что, если бы мы эту дачу сняли, — остались бы мы живы? " Так возникла у нас мысль записать для наших детей по возможности все то, что сохранила нам память о событиях 1941-1942 гг.". Тетрадь с их воспоминаниями о блокаде стала документом эпохи, свидетельством одной из самых страшных и в то же время возвышенных трагедий нашей истории. "В голод люди показали себя, обнажились, освободились от всяческой мишуры: одни оказались замечательные, беспримерные герои, другие — злодеи, мерзавцы, убийцы, людоеды. Середины не было. Все было настоящее. Разверзлись небеса, и в небесах был виден Бог. Его ясно видели хорошие...".

"Уже в 16 лет он стал профессиональным революционером-подпольщиком. Писал статьи, прокламации, вместе с товарищем по гимназии Бухариным организовывал забастовки. В 17 лет оказался в тюрьме и просидел 8 месяцев. После освобождения не стал оставаться в Москве, уехал в Париж, где жил Ленин. Эренбург сразу знакомится с ним. Однако, участвуя в сходках большевиков, наблюдая их споры, распри, непримиримость, замкнутую сектантскую атмосферу, он теряет к ним интерес. Зато у него появляется интерес к искусству. Он начинает писать стихи. Он открывает для себя поэзию Ф. Жамма, автора "Христианских георгик". Он начинает переводить их, едет в деревню к поэту и готовится стать католиком. "Если моя душа в Париже не погибла, спасибо вам за это, Жамм! — напишет он. — Еще кружат надо мной метели темными стаями, еще душа не смеет назвать Того, к Кому обращается. Но вы, нашедший для своей молитвы восторг непересохшего ручья, молясь за всех, немного помолитесь за то, чтоб мог молиться я! "

"Уже в 16 лет он стал профессиональным революционером-подпольщиком. Писал статьи, прокламации, вместе с товарищем по гимназии Бухариным организовывал забастовки. В 17 лет оказался в тюрьме и просидел 8 месяцев. После освобождения не стал оставаться в Москве, уехал в Париж, где жил Ленин. Эренбург сразу знакомится с ним. Однако, участвуя в сходках большевиков, наблюдая их споры, распри, непримиримость, замкнутую сектантскую атмосферу, он теряет к ним интерес. Зато у него появляется интерес к искусству. Он начинает писать стихи. Он открывает для себя поэзию Ф. Жамма, автора "Христианских георгик". Он начинает переводить их, едет в деревню к поэту и готовится стать католиком. "Если моя душа в Париже не погибла, спасибо вам за это, Жамм! — напишет он. — Еще кружат надо мной метели темными стаями, еще душа не смеет назвать Того, к Кому обращается. Но вы, нашедший для своей молитвы восторг непересохшего ручья, молясь за всех, немного помолитесь за то, чтоб мог молиться я! "